Войти в почту

Как долго мы сможем покупать автомобили по параимпорту

Эксперт изучил ограничения параллельного импорта автомобилей в РФ.

Как долго мы сможем покупать автомобили по параимпорту
© За рулем

Параллельный импорт открыли в конце марта прошлого года. За 2022 год четких данных нет – какие-то заметные маневры дилеров начались только прошлой осенью. А в этом году за восемь месяцев ввезли почти 68 тысяч машин по схеме «параимпорта». За этот же период всего продали 607 тысяч новых машин. Доля параллельного импорта, таким образом, примерно 11%.

Она вроде невелика, но не в размерах счастье. «Параимпорт» удовлетворяет потребности тех покупателей, которых не устраивают российские и китайские модели. И дает разнообразие на прилавках. До 80% моделей «параимпорта» – японские, корейские и немецкие. Самая популярная марка – , самые популярные модели – и .

Как менялись ставки утильсбора

В августе подняли ставки утильсбора на все ввозимые юрлицами в страну автомобили. Для машин с моторами от 1 до 2 литров прибавка составила 127 600 рублей.

А в октябре ограничили главное послабление, позволявшее ввозить незнакомые нам модели без Одобрения типа транспортного средства (ОТТС). Действовала его упрощенная форма – Заключение о безопасности единичного транспортного средства (ЗОЕТС), не требующее согласия производителя и сертификационных испытаний.

ЗОЕТС теперь применимо только в отношении марок, не работающих на нашем рынке. Вынудили его ввести продавцы, наловчившиеся «параллельно» ввозить модели тех китайских компаний, что торгуют у нас официально. Что интересно, например, «параимпортный» кроссовер Voyah Free был дешевле такого же «официального» на 1,4 млн рублей.

Как бы там ни было, новые правила породили разговоры о скорой кончине параллельного импорта автомобилей.

Перспективы параллельного импорта

Для защиты интересов производителей, работающих у нас, власти всё сделали верно. Многие неофициальные продавцы в запутанных условиях с постоянно меняющимися правилами лавируют мастерски, находят и используют лазейки и недосказанности.

К примеру, в официальном списке среди разрешенных для «параимпорта» марок нет ни одного китайского бренда. И еще кое-каких, среди них , или Jetta. А в продаже такие автомобили есть.

Что касается гибели «параимпорта» из-за ужесточения законов, то краски слишком сгущены. Повышенный утильсбор на общий расклад цен среди иномарок сильно не влияет – ведь он распространяется и на официально ввозимые машины. Утильсбор для тех, что собирают у нас, зависит от степени локализации. В основном это крупноузловая сборка, значимых преимуществ по утильсбору не дает.

ЗОЕТС как было, так и осталось – сертифицировать новые для России модели по-прежнему можно упрощенно. По уже оформленным заключениям машины можно ввозить до 30 сентября 2024 года.

Другой вопрос, что в целом параллельный импорт автомобилей правительство пока разрешает только до 1 февраля 2024 года. Продлит ли дальше? Зависит от поведения недружественных стран, а Европа летом продлила санкции до 31 января. Получать ОТТС для малых партий машин сложно, дорого и нерентабельно – «параимпорт» этим заниматься не может и не станет.

Но не забываем, что параллельный импорт – это не еще одна форма торговли, а временная мера в сложный период. Вечным он точно не запланирован и вряд ли станет. Хотя жаль – хочется ведь подешевле.

Что уже успели ввести в РФ по параимпорту?

«Параллельные» модели дешевле 2 млн рублей, замеченные в салонах за год, можно пересчитать по пальцам: и Pegas с китайского рынка, с казахстанского (у нас раньше назывался Solaris), индийский Ciaz, узбекский – все в пределах 1,8–2,0 млн рублей.

Самые недорогие кроссоверы также из Китая и Казахстана: Jetta VS5 и Bayon за 2,0–2,3 млн. Основную же массу «ввоза» составляют кроссоверы от 3,0 млн и дороже. Неудивительно, что средняя цена нового автомобиля в августе превысила 3,1 млн рублей.

Экономика параллельного импорта не дает держать бюджетные цены для бюджетных моделей: таможня, налоги, доставка – это плюс 80–90% от стоимости на «тамошнем» рынке. Самые простые модели всё равно выходят дорогими, а отдать 2–2,5 млн за простушку – желающих мало.