Автоновости
ДТП
Тест-драйвы
Автоэксперт

"Город дорог" от 26.06.2018

А.КАПКОВ: 13 часов 35 минут. Всем здравствуйте! Меня зовут . Это программа «Город дорог». По традиции, мы с вами встречаемся по вторникам. И следующие 25 минут проведём с вами за разговорами о транспорте, о дорогах, об общественном транспорте, о личном транспорте — в общем, всё то, что касается движения в городе нашем прекрасном под названием Москва.

"Город дорог" от 26.06.2018
Фото: Говорит МоскваГоворит Москва

Я рад вам представить нашего гостя. Сегодня у нас в гостях (я записал же правильный титр и куда-то его задевал) заместитель руководителя дирекции фото- и видеофиксации Центра организации дорожного движения . Егор, приветствую.

Видео дня

Е.ЧЕРНОВ: Здравствуйте.

А.КАПКОВ: Мы с вами знакомы уже, наши слушатели с вами тоже знакомы. Лишний раз просто напоминаю об этих всех сложных титрах. Но сегодня будем говорить об одной очень конкретной теме, которая, в принципе, не имеет пока… Сейчас интригу выдал. Ну ладно, продолжим. Не имеет отношения тому, о чём… к этой самой дирекции. Потому что вчера у нас была большая новость о том, что Центр организации дорожного движения запустил новый патруль. У нас был Дорожный патруль от вас. Чем он занимается, мы прекрасно знаем. А теперь появился патруль, который передвигается на велосипедах, — Велопатруль Центра организации дорожного движения. Егор, что это такое?

Е.ЧЕРНОВ: Это наш новый проект. Это логическое продолжение проекта Дорожный патруль, который зарекомендовал себя исключительно с положительных сторон. Пока это будет один велосипедист на этой неделе, а уже со следующей недели — два, которые будут работать преимущественно в центре города (это Садовое кольцо и Бульварное кольцо) и помогать как пешеходам и велосипедистам, так и автомобилистам. То есть это универсальные бойцы, скажем так.

А.КАПКОВ: Каков функционал?

Е.ЧЕРНОВ: Это сотрудник на велосипеде, который обучен оказывать первую помощь, в первую очередь. Если что-то случится, то он до прибытия скорой медицинской помощи поможет. У него с собой в кофре есть вода минеральная. Это особенно актуально в эту жаркую летнюю знойную погоду.

А.КАПКОВ: Ну, это вода для него?

Е.ЧЕРНОВ: Нет-нет-нет. Вода, если, например, кому-то станет плохо, именно помочь людям. Во многом это социальный проект, преимущественно социальный проект. Опять же этот сотрудник умеет оформлять европротоколы. Не секрет, что в Москве, особенно в центре города, происходит огромное количество мелких ДТП, когда водители не знают, как правильно оформить европротокол и что такое вообще европротокол. Ну, несмотря на то, что я работаю в Центре организации дорожного движения, скажу честно: если я попаду в ДТП, я не знаю, как оформить европротокол. И я буду рад, если ко мне приедет либо Дорожный патруль, либо Велопатруль и поможет мне его оформить. Наш Ситуационный центр мониторит все эти мелкие ДТП, которые происходят в городе. И в центре, конечно же, если столкнулись два автомобиля и автолюбители вызвали , они будут ждать достаточно долго — моментально образуется огромная пробка. И вот наш Велопатруль приедет по наводке Ситуационного центра и поможет освободить проезжую часть.

А.КАПКОВ: Какая связь велосипедиста с центром — рация, телефон? В автомобиле — мы прекрасно понимаем, автомобиль можно оборудовать большим количеством аппаратуры, которая тебе и на экране будет выводить всё, что есть в Ситуационном центре, и рацию поставь, и текстовые какие-то мессенджеры можно туда установить. У велосипедиста возможностей меньше.

Е.ЧЕРНОВ: Не так уж и мало на самом-то деле, как показывает практика. Во-первых, у него с собой есть трекер — соответственно, мы видим все перемещения этого велосипедиста в наших информационных системах, мы видим его на карте в режиме онлайн, где он находится. Таким образом, мы видим, где, например, случилось какое-то мелкое ДТП, где находится велосипедист. И таким образом, мы его туда направляем.

Связь осуществляется, во-первых, посредством мобильной связи, конечно же. У него есть беспроводная гарнитура — он спокойно едет на велосипеде и может разговаривать прямо во время движения. Плюс в перспективе, в относительно ближайшей перспективе мы, наверное, оснастим его также и рациями, чтобы, например, уже при обеспечении безопасности на каком-то мероприятии или организации дорожного движения он мог быть в режиме онлайн со всеми экипажами Дорожного патруля, например.

А.КАПКОВ: Какое-то приложение на телефоне у него есть отдельное? Ну, я не знаю… У вас-то, я точно знаю, у Центра организации дорожного движения есть свои приложения рабочие, с помощью которых вы работаете, общаетесь, можете эффективно какие-то проблемы сразу решать. У него на мобильном телефоне есть что-то подобное?

Е.ЧЕРНОВ: У него есть онлайн-чат, где он общается, соответственно, и где Ситуационный центр видит общение всех мобильных экипажей — как Дорожного патруля, так сейчас и Велопатруля. То есть это все события, которыми занимается Велопатруль. Оформил он ДТП — соответственно, он сфотографировал, отчитался. И сразу же видит Ситуационный центр, что он делает именно в этот момент. Или, например, видит отсутствующий или покосившийся, или повреждённый дорожный знак — точно так же он в этом чате сразу отбивает, что он сделал.

А.КАПКОВ: Отчётность строгая, как у инспектора ДПС? То есть, если он видит, что что-то случилось, он сразу говорит: «Такое-то время, такой-то адрес, занят тем-то»?

Е.ЧЕРНОВ: Да-да-да, абсолютно верно. То есть, если он видит ДТП, он сразу же, например, информирует: «Я начинаю разбирать ДТП, нахожусь там-то, там-то». Также это дополнительная информация для того же Ситуационного центра, что в этом месте случилось ДТП. Конечно же, не всё абсолютно покрывается камерами, и какие-то вещи, например, Ситуационный центр через камеры видеть не может, а может только, например, понимать, потому что, например, начала образовываться пробка. Таким образом, конечно же, инспектор нашего Велопатруля сразу же отбивает: «Вот я вижу, начал заниматься».

А.КАПКОВ: Большая у него зона ответственности, компетенций? И много ли у него возможностей самому принимать решения? То есть я имею в виду — если он едет и видит тот же самый покосившийся знак, он останавливается и принимает решение на месте? Либо он исключительно связывается с Центром и спрашивает, что делать, получает задание исключительно из Центра, и, допустим, не может сам собственноручно, увидев что-то, принять решение о том, быть задействованным ему здесь или ехать дальше, допустим?

Ну, грубо говоря, едет он на какое-то задание. Ему из Центра сказали: «Старик, там какая-то пробка, таксистов понабилось. Подъезжай, помоги». Он едет и видит, ну, может быть, какую-то сложность, ну, может быть, не такую серьёзную — тот же самый покосившийся знак. Он сообщает? Или он тут же останавливается и говорит: «Так, ребята, ждём с таксистами. Сейчас знак тут поправим, а потом поеду»? Ну, субординация какова?

Е.ЧЕРНОВ: У него достаточно широкий спектр, скажем так, принятия самостоятельных решений. Конечно же, если его Ситуационный центр вызвал на ДТП, из-за которого моментально образовывается пробка, и он видит по дороге покосившийся знак, конечно же, он не будет в моменте останавливаться, а, соответственно, разобьёт задачи по приоритетности. Опять же ждать ему какого-то специального задания от Ситуационного центра не надо, если он едет и сам видит, например, ДТП, покосившийся знак. У него с собой, например, даже есть огнетушитель.

А.КАПКОВ: А куда вы его положили? Кофр не такой большой.

Е.ЧЕРНОВ: Кофр не такой большой, однако в специализированном пожарном магазине мы купили небольшой баллончик, который при тушении образует 9 литров пены. Таким образом, можно потушить даже только-только, например, загоревшийся автомобиль. Конечно же, если он будет ехать и, например, увидит загоревшийся автомобиль, конечно же, он не будет запрашивать у Ситуационного центра: «Разрешите, я приступлю к тушению пожара». Он сначала его потушит, всё сделает и только потом сообщит, что он там сделал.

А.КАПКОВ: Егор, вы, когда я задавал вам вопрос о функционале, первым делом назвали первую помощь. Правда ли, что… ну, я просто понимаю, получается, что у Велопатруля главная и основная задача — это оказание первой медицинской помощи?

Е.ЧЕРНОВ: Значит, я был недостаточно корректен. Всё-таки, на мой взгляд, основная его задача — это оформление европротоколов, потому что именно он предназначен для того, чтобы делать движение на дорогах Москвы свободнее. Поэтому всё-таки в первую очередь, наверное, это европротоколы.

Дальше уже это первая помощь и какая-то сопутствующая помощь. Опять же у велосипедиста с собой есть ремкомплект — он может и камеру поставить, и колесо накачать. И велонасос у него с собой есть. То есть всё, что он видит уже сам, он будет, соответственно, сразу же принимать участие. Ну, не секрет, например, что если какой-то иностранный турист растерялся и не знает, например, куда ему идти, что делать, смотрит на карту свою бумажную или на какую-то электронную, или, например, человек стоит у инфощитка с парковкой и не знает, как ему оплатить, то наш сотрудник сам проявит инициативу, подъедет и окажет максимальную помощь, которую способен.

А.КАПКОВ: Ещё одно уточнение: помощь в движении в большей степени для автомобилистов? Или мы теперь точно понимаем, что у велодвижения появился свой помощник, свой Дорожный патруль, который в большей степени обращает внимание на велосипедиста?

Е.ЧЕРНОВ: Если говорить про автомобилистов, то, конечно же, максимум, наверное, что мы можем сделать — это помочь оформить европротокол, опять же, как я уже сказал, например, потушить автомобиль, поменять колесо. Если, например, девушка за рулём автомобиля проколет колесо, то наш сотрудник имеет возможность и обязательно это сделает, поможет ей его заменить. Помощь в оплате парковки. Это что касается автомобилистов.

Что касается велосипедистов. Конечно же, наш велосипедист не будет останавливаться перед каждым велосипедистом и говорить: «Вы знаете, вам, — например, — стоит одеть шлем», — или ещё что-то. Конечно же, эта служба не для того, чтобы регулировать движение велосипедистов. Однако своим примером он будет показывать, как правильно это делать. Он в шлеме, он экипирован, он при переезде через пешеходный переход спешивается с велосипеда, переходит вместе со всеми пешеходами и дальше уже едет, продолжает движение как велосипедист. Скорее, мы будем являться примером для велосипедистов, для велосипедного движения. Мы этого хотим, мы к этому стремимся.

А.КАПКОВ: Несколько вопросов зачитаю, которые нам приходят по нашим средствам связи. Кстати говоря, давайте напомню их. SMS-сообщения присылайте на номер 925 88-88-948. Также можете писать нам в Telegram пользователю govoritmskbot (латинскими буквами в одно слово, ничего сложного).

Во-первых, Харьковчанин сразу просит устроиться, взять его к вам на работу. Ведётся ли набор? Я, учитывая ваши слова об одном экипаже и со следующей недели двух, так полагаю, что ведётся. И как это можно сделать?

Е.ЧЕРНОВ: На самом деле на два экипажа сотрудники у нас есть. Но если этот проект действительно себя зарекомендует… А я думаю, что мы не будем дожидаться конца велосезона, чтобы понять, насколько он успешен. Я думаю, что работа первого месяца уже покажет, насколько он результативен. И при необходимости, конечно, может быть, мы расширим, например, до трёх, четырёх и пяти экипажей, если это действительно зарекомендует себя. Я на это надеюсь, я хочу в это верить.

И конечно же, если действительно люди хотят нам помочь, действительно поучаствовать, то мы открыты на самом-то деле для набора людей. У нас нет такого, что мы набираем только внутри организации, нет. Это хорошо, когда человек сам инициативно предлагает свою помощь. Пусть напишет нам письмо (я думаю, наверное, как-то сделать это надо так) и скажет: «Я хочу у вас работать в Велопатруле». Мы обязательно рассмотрим и пригласим человека на собеседование.

А.КАПКОВ: Один-два человека, один-два экипажа? Сейчас, я так полагаю, это исключительно пилотный вариант, пока вы тестируете этот сервис, и пока вам больше не нужно. Но даже те числа, о которых вы сейчас говорили — пять, шесть, да даже десять, — ну, мало это для города. Для того чтобы сказать о том, что это полноценная служба, в том числе помощники вам для разбора и регулирования дорожного движения, — ну, сотня хотя бы, я бы хотел услышать. Почему не так? Почему вы на это не смотрите?

Е.ЧЕРНОВ: Объясню. Всё-таки движение велосипедов достаточно ограничено. Велосипедист, например, не может выезжать на вылетные магистрали, где дорога только исключительно для автомобилей, или, например, на Третье транспортное кольцо. Фактически, я бы сказал, ареал работы велосипеда — это, наверное, территория, объективно говоря, внутри Садового кольца.

А.КАПКОВ: Садовое кольцо.

Е.ЧЕРНОВ: Да. И какое количество велосипедистов оптимально иметь на этом участке, ещё предстоит нам установить путём вот таких экспериментов. Опять же мы хотим закрывать и будние дни, когда движение супернасыщенное, и действительно любое ДТП может привести к коллапсу, в том числе и в выходные дни, конечно же, мы можем работать, когда много туристов и насыщенное, например, велосипедное движение, когда мы реально можем помочь. И таким образом, конечно же, мы будем думать, как расширить вот этот ареал велосипедистов.

А.КАПКОВ: Не считается ли… Это Андрей Спасатель. Я немножко перефразирую его вопрос, он тут несколько с комментарием, но я перефразирую. Не считается ли у вас в Центре организации дорожного движения понижением, если человека посадили на велосипед? Допустим, он ездил на парконе или ездил в Дорожном патруле на прекрасном Amarok с кондиционером, с дорогостоящим оборудованием — и тут ему сказали: «Старик, что-то ты плохо работаешь, давай ты покрутишь педали». Или, наоборот, скажут: «Нет, вы что? Сидеть под кондиционером и иметь возможность болезнь какую-то? Да я лучше надену шлем и прокачусь по свежему воздуху, покручу педали! Здоровее буду»?

Е.ЧЕРНОВ: Так как всё-таки это во многом социальный проект, направленный на помощь людям, то наши сотрудники, наоборот, как раз охотно стремятся попасть в эту службу. Если человек за рулём паркона ездит по маршруту, и фактически можно сказать, что он в какой-то степени штрафует и наказывает людей впоследствии, если человек нарушает правила дорожного движения, то это во многом социальный проект, это действительно помощь. И люди относятся уже совершенно по-другому, в том числе и к Дорожному патрулю.

А вот что касается ухудшения условий. Мы, скажу честно, обсуждали идею: тех сотрудников Дорожного патруля, которые будут работать плохо, будем сажать на велосипед.

А.КАПКОВ: То есть сотрудники сами относятся к этому как к бонусу, а руководство видит в этом понижение? Я правильно понял?

Е.ЧЕРНОВ: Нет-нет-нет. Для сотрудников Дорожного патруля, может быть, где-то это и есть. Так у них получается хороший и красивый зелёный внедорожник с кондиционером, а на велосипеде никакого кондиционера нет. Но что касается тех сотрудников, которые приходят к нам вновь, для них это действительно новое. И, скажем так, для них это какой-то рост и социальная помощь, это интересно для них.

А.КАПКОВ: 55-й говорит, что есть велики по 1,5 миллиона рублей. Он, правда, написал «по 1,5 лома», но я всё-таки думаю, что вы описались — «по 1,5 ляма», наверное, хотели вы написать, потому что дальше пишете: «Какое понижение?» Вопрос-комментарий. Были вопросы про велосипеды, я их сейчас и задаю. Что за велосипед? С электрическим помощником либо только на педальной тяге? Какой марки? Какое дополнительное оборудование (если оно есть вообще)?

Е.ЧЕРНОВ: Никакого электрического помощника. Мы за то, чтобы наши сотрудники занимались активно…

А.КАПКОВ: Качали икроножные мышцы.

Е.ЧЕРНОВ: Качали икроножные мышцы и, может быть, когда-то участвовали в каких-нибудь веломарафонах. Нет, никакого велопомощника нет. Это обычный велосипед на педальной тяге, никакого электричества. Мы думали над этим, но решили пока остановиться на таком, тем более это пилотный проект. В перспективе, если мы будем понимать, что наши сотрудники будут очень много ездить, а у них действительно будет расширяться зона, ареал обитания, скажем так, или ареал их работы, мы над этим подумаем. Но пока первые велосипеды, сто процентов, будут обычные. Это обычный стандартный велосипед, достаточно недорогой. Он разве что складной. Действительно, мы это предусматривали.

А.КАПКОВ: Для чего?

Е.ЧЕРНОВ: Если, например, сотруднику понадобиться доехать с парконом до какой-то точки с базы, то так будет проще — он сложит велосипед, с нашим парконом доедет, уже там выгрузится и начнёт свою работу. И обратно доберётся, например, точно так же.

А.КАПКОВ: И в метро он также сможет зайти.

Е.ЧЕРНОВ: И в метро, конечно, да. И в общественный транспорт. То есть это удобно — велосипед складной.

Что касается навесного оборудования, то ничего специфического нет. Это, конечно же, и катафоты, и фонарь спереди, фонарь сзади, ну и багажник, кофр, где лежит вот это всё оборудование. И аптечка, и халат для каких-то грязных работ, и дождевик, и огнетушитель, и ремкомплект для велосипедов, и вода, и бланки европротоколов — всё это помещается у него в кофре. То есть никакого суперспецифического оборудования нет. И понятно же, что там же лежит и трекер, по которому мы за ним смотрим.

А.КАПКОВ: А форма одежды специальная, или каждый может выбирать её по себе?

Е.ЧЕРНОВ: Нет. Конечно, форма одежды будет единой. Мы на самом-то деле достаточно немало копий сломали над тем, что же за форма одежды должна быть. Это должна быть какая-то обтягивающая форма, как у велогонщиков?

А.КАПКОВ: Она удобна. Как бы она ни выглядела, но она удобная.

Е.ЧЕРНОВ: Она удобная, она спортивная, да. Либо это должна быть какая-то более или менее официальная часть — брюки, какая-то рубашка? Поэтому мы остановились на специальных свободных брюках и на поло, и пока будем этого придерживаться. Если, конечно, мы поймём, что это супержарко в Москве…

А.КАПКОВ: Вот сейчас в брюках, конечно, будет тяжеловато. А шортики есть какие-то?

Е.ЧЕРНОВ: Вот наш велосипедист несколько дней пилотно работал, скажем так, катался на велосипеде по Москве. И его собственное желание было: «Мне как-то комфортнее в брюках». Поэтому пока будут брюки. А дальше будем смотреть уже по ситуации, насколько в целом это удобно.

А.КАПКОВ: Шлем, перчатки, защита, наколенники?

Е.ЧЕРНОВ: Обязательно. Наколенники и налокотники делать, конечно, не будем. Это, наверное, уже слишком — движение не такое быстрое, он едет достаточно медленно. Обязательно перчатки, обязательно шлем. И на шлеме у нас стоит камера, которая тоже постоянно пишет. То есть даже когда наш сотрудник общается с кем-то, помогает, то мы, соответственно, это записываем и смотрим, как он себя ведёт, его поведение, его разговор. Это важно, мы это контролируем.

А.КАПКОВ: Миха задаёт вопрос: «Есть ли у вас планы перепрофилировать парконы в Дорожный патруль?» По его мнению, камер и так хватает, а вот Дорожного патруля ему хотелось бы видеть больше. У вас схожие взгляды или совсем другие данные?

Е.ЧЕРНОВ: Ну, судя по тому количеству штрафов, которые мы выписываем, я понимаю, что нарушителей пока остаётся достаточно много. Статистика показывает, что меньше их не становится точно. Да, порядок наводится на дорогах, это безусловно, по крайней мере в тех местах, где парковаться нельзя. Мы понимаем, что люди всё-таки привыкают, что парконы есть, и оплачивают парковку. И культура движения повышается. Но пока ещё рано говорить о том, что надо снять все парконы и сделать больше Дорожного патруля. Я думаю, что это всё-таки немножко разные проекты, которые будут развиваться параллельно.

А.КАПКОВ: Ну, стоит отметить здесь же одну историю, которая у вас недавно произошла. Я подписан на ваши социальные сети, на личные социальные сети некоторых. Если я правильно понял, как раз водители парконов заметили, что человек — то ли его краном сбили… В общем, он упал с машины, с «каблучка», да? И они оказали ему первую помощь. Это я к тому, что даже водитель паркона окажет помощь. Конечно, да, он не остановится для того, чтобы помочь составить европротокол, но если какая-то ситуация форс-мажорная случается, они точно так же в ней участвуют, как и Дорожный патруль. Если они здесь и сейчас находятся, и видят, что человеку нужна помочь экстренная, в том числе медицинская помощь, они её оказывают.

Е.ЧЕРНОВ: Да, действительно был такой случай на прошлой неделе. Несколько наших водителей стояли, скажем так, перед работами, которые проводили коммунальные службы.

А.КАПКОВ: Там какой-то манипулятор был?

Е.ЧЕРНОВ: Какой-то манипулятор. Грузили эту машинку, которая мыла бордюр, на этот манипулятор. И сотрудника, который сверху закреплял стропы, действительно его этим манипулятором сбило — он упал, разбил себе голову. И действительно, наши сотрудники на месте увидели, это заметили и оказали максимальную помощь, которую смогли. Вызвали «скорую», перебинтовали голову, посадили его в «скорую». Скажем так, довели эту ситуацию до логического конца.

И я хочу сказать со своей стороны, что мы на самом-то деле очень к этому стремимся — мы хотим, чтобы наши сотрудники не были безразличны к чужим проблемам. Тем более, мы хотим всё-таки, помимо вот этих штрафов, которые паркон выписывает, мы хотим быть более социальными. Поэтому, конечно же, я со своей стороны очень поддерживаю. И мы этих сотрудников обязательно отблагодарим. И это не первый случай, действительно. В прошлом году, например, наши водители потушили машину таксиста, которая попала в ДТП и загорелась. Тоже мы помогли.

А.КАПКОВ: Есть у ваших водителей (я сейчас говорю и про парконы, и про Дорожный патруль) какие-то специальные лицензии медицинские по оказанию первой медицинской помощи? Я не знаю, огромное количество можно найти — и , и ещё что-то. Вот не какой-то, знаете, базовый уровень. В автошколе нам всем это преподавали, но давайте будем откровенны — этого не хватит даже для того, чтобы наложить жгут человеку. Сейчас у любого спроси, на сколько можно летом жгут накладывать и куда, на одну кость или на две, — он запутается, бедняга, и приведёт к ампутации человека. Ну, что-то вот углублённое?

Е.ЧЕРНОВ: Углублённое обучение однозначно проходил Дорожный патруль. Притом я бы сказал, что совсем углублённое, то есть действительно им оказывали специализированную… у них были специализированные курсы, на которых они обучались первой медицинской помощи. И они действительно знают, как это сделать.

Что касается водителей парконов — да, их очень много. И так, конечно, углублённо мы их не обучали. Но тем не менее какую-то совсем базовую помощь оказать (как в нашем примере — перебинтовать голову, например, или как-то остановить кровь), да, действительно они могут.

А.КАПКОВ: Ну, это житейские навыки, согласитесь.

Е.ЧЕРНОВ: Это скорее житейские навыки, да. Но если мы говорим именно про специализированную помощь, то это, например, наш Велопатруль, Дорожный патруль. Опять же нельзя забывать, что «скорая» в Москве приезжает действительно за какие-то несколько минут, поэтому самое главное — это оказать какую-то суперминимальную помощь, это смочь сделать. Но тем не менее пока это Дорожный патруль и Велопатруль.

А.КАПКОВ: Главный вопрос я оставил напоследочек, на десерт. Его задавали нам и по SMS-сообщениям, и в Telegram, и меня, конечно же, он волновал ещё перед программой. Велопатруль как паркон — готов ли он, сможет ли он (и если сможет, то когда, а если не сможет, то почему) фиксировать правонарушения? Особенно это касается прав велосипедистов. Потому что нам казалось, что до появления Велопатруля никто права велосипедистов не защищает. Мы знаем и автомобили, которые паркуются на велодорожках. Мы знаем людей, которые открывают двери перед велосипедистами. Мы сделали их достаточно много здесь. И в первую очередь касается велодорожек, которые непосредственно на проезжей части находятся. Будет это, не будет? Если да, то когда? Если нет, то почему?

Е.ЧЕРНОВ: Что касается Велопатруля как паркона, то наш сотрудник тоже в том числе, который есть сейчас, если он движется по велодорожке и заметит, например, автомобиль, который припаркован прямо на этой велодорожке и мешает движению велосипедистов, он будет своеобразно уже защищать велосипедистов — он остановится, припаркуется либо скажет водителю отъехать. Если водитель не покинет это запрещённое место остановки — значит, он выйдет и с помощью приложения «Помощник Москвы» зафиксирует его и оштрафует. Таким образом, в эту сторону как бы мы уже действуем.

А.КАПКОВ: Но своего паркона работающего, как у пеших инспекторов, у него нет, а только через «Помощника Москвы»?

Е.ЧЕРНОВ: Здесь есть пока ряд технический ограничений, однако мы над этим думаем. Пока рано об этом говорить, я бы сказал так. Ну, мы стараемся идти в ногу со временем. И, может быть, когда-нибудь это появится.

А.КАПКОВ: Я знаю, что, в принципе, в некоторых странах это уже существует. Технические — связанные с чем? Почему нельзя тому же самому велосипедисту отдать этот планшет пешего инспектора?

Е.ЧЕРНОВ: Я могу сказать так: Велопатруля с парконом пока ещё не существует нигде. В ряде европейских стран, скажем так, есть мотороллеры, которые работают в качестве паркона, там действительно на них установлен комплекс фото- и видеофиксации. Но Велопатруль — такого пока нет. И, может быть, когда-нибудь мы будем первые, но пока рано об этом говорить.

А.КАПКОВ: У нас, как всегда, не хватает времени. Остаётся время лишь поблагодарить всех, кто задавал свои вопросы. Спасибо, я их скомпилировал и самые интересные задавал в эфире. Напомню, у нас в гостях был заместитель руководителя дирекции фото- и видеофиксации Центра организации дорожного движения Егор Чернов. Егор, вам спасибо большое за ответы. У вас классные проекты, которые постоянно нас удивляют (это я уже от себя). Меня зовут Александр Капков. Это была программа «Город дорог». Всем спасибо большое. Счастливо, пока!