Ещё

Почему до сих пор не закрыто дело «трезвого мальчика» 

Фото: Коллаж Газеты.Ru
Спустя год после резонансного ДТП, в котором погиб шестилетний «трезвый мальчик» из Балашихи до финальной точки этой истории еще далеко. Сбившая ребенка до последнего пыталась сначала оспорить, а потом отсрочить приговор — три года колонии-поселения. Между тем второе расследование по делу о халатности в отношении судмедэксперта продолжается, и ответа на вопрос, что его ждет за страшный диагноз о сильнейшем опьянении ребенка, так и нет.
Ровно год назад, 23 апреля 2017 года, в Подмосковной Балашихе произошло смертельное ДТП, которое всколыхнуло всю страну. Всего в нескольких метрах от собственного дома под колесами легкового автомобиля под управлением 31-летней Ольги Алисовой погиб шестилетний мальчик. Его имя, , как и имя его отца, Романа, стало известно на всю Россию после того, как вскрылись шокирующие обстоятельства дела.
Проведя экспертизу трупа судмедэксперт Михаил Клейменов обнаружил в крови ребенка очень высокий уровень содержания алкоголя — 2,7 промилле. Эксперты с трудом смогли посчитать, сколько нужно было выпить ребенку, чтобы получился такой результат: мнения разнились от 40 г до 300 г водки.
Вкупе с затягиванием возбуждения уголовного дела по факту смертельной аварии положение дел привело в ужас отца ребенка. стал опасаться, что ответственность за гибель сына никто не понесет. Обнаруженное опьянение ребенка, который весь день до своей гибели гулял вместе с дедушкой, только усилило подозрения Шимко, что в трагедии сделают крайним его же ребенка и водитель избежит какой-либо ответственности. Заказчицей скандального диагноза, по мнению Шимко, могла стать сама Алисова, имеющая, по его мнению, серьезных покровителей.
С чего началась скандальная история мальчика, которого пресса сразу же окрестила «пьяным» и на каком этапе она находится сейчас, вспоминает «Газета.Ru», которая внимательно следила за событиями с самого начала и первой публиковала информацию о ходе расследования и данные о проведенных экспертизах.

23 апреля 2017 года: черный Hyundai и мальчик в прыжке

Около 19.00 шестилетний ребенок вместе с дедушкой возвращался с прогулки — они несколько часов провели на детской площадке неподалеку. В тот момент, когда мальчик перебегал дорогу по направлению к его подъезду, ребенка сбил автомобиль , за рулем которого находилась местная жительница Ольга Алисова.
По словам большого количества очевидцев, она ехала со значительным превышением скорости: 30-40 км/час, что в дальнейшем подтвердилось экспертизами.
Свидетели на суде показали, что автомобилистка переехала ребенка передними и задними колесами и протащила его по дороге около 10 метров — экстренного торможения она не применяла, поскольку просто не заметила, что произошло. Ребенок некоторое время был еще жив, потом его переложили в салон автомобиля, Алисовой, где он скончался. На место ДТП быстро приехали друзья Алисовой, которые, как позже утверждал Шимко, якобы забрали какие-то свертки, которые везла с собой женщина. Алисову успели свозить на медосвидетельствование, которое в дальнейшем подтвердило трезвость женщины, и привезти обратно.

Уголовное дело в отношении Алисовой: несчастный случай или невнимательность

Шимко получил на руки скандальную экспертизу и при этом никак не мог добиться возбуждения уголовного дела. Тогда он обратился в СМИ. Как результат: огромный резонанс, на фоне которого стало понятно, что «замять» дело в любом случае уже никто не сможет.
Всей стране хотелось понять: неужели шестилетний ребенок был пьян и нужна ли эксгумация, прибегнуть к которой был готов Шимко.
Пресс-служба подмосковного главка 15 июня сообщила о возбуждении уголовного дела по факту гибели ребенка. Расследование началось по ч. 3 ст. 264 УК РФ, которая предусматривает ответственность до пяти лет лишения свободы за смертельную аварию с одним погибшим, совершенную в трезвом состоянии. Но когда дело о ДТП дошло до суда, факт «опьянения» в нем никак не рассматривался и не учитывался — этот вопрос выделили в отдельное судопроизводство.
На суде по делу о ДТП Шимко выдвинул в адрес Алисовой ряд серьезных обвинений, в том числе ее связь с преступным миром. Такие выводы были сделаны после того, как открылось, что муж женщины отбывает срок за серьезное преступление, связанное с похищением человека.
Шимко уверял, что Алисова может оказаться наркокурьером, а в момент ДТП не только перевозила товар, но и сама находилась в состоянии «измененного сознания».
Что касается результатов медосвидетельствования, то, по мнению Шимко, они были неполными. Появление в крови ребенка алкоголя Шимко связал с «договоренностью» между Алисовой, следователем по делу Михаилом Аринушнкиным и судмедэкспертом Михаилом Клейменовым. Вместе они, как не раз заявлял Шимко, могли вступить в сговор, с тем, чтобы при помощи такого результата списать дело как несчастный случай и оказать давление на семью погибшего ребенка, в которой растет еще один мальчик.
Сама Алисова эти обвинения отрицала, а в опьянение ребенка, по ее словам, сама не могла поверить. Что касается обстоятельств ДТП, то женщина уверяла, что ехала не быстрее 20 км/час, а мальчик слишком неожиданно выскочил из-за припаркованных у детской площадки автомобилей. Произошедшее она называла никак иначе, как несчастный случай и вину не признавала.
В ходе судебных слушаний вскрылись факты непрофессионализма следователя: так, судья обратил внимание на то, что процесс возбуждения уголовного дела действительно слишком затянулся. Что касается оформления ДТП и составления схемы, следователь Аринушкин сам на суде признался, что подробно схему не зарисовывал, а позже восстанавливал ее по фотоматериалам. В дальнейшем это обстоятельство принесло Алисовой немало проблем, в том числе, при проведении следственных экспериментов: при воссоздании картины произошедшего использовались другие автомобили, а мальчик-статист был другого роста и возраста. Однако суд не счел эти моменты принципиально меняющими суть дела.
Несмотря на кажущуюся сложность, Железнодорожный суд рассмотрел дело довольно быстро и вынес вердикт — 15 ноября 2017 года. Согласно ч.3 ст. 264 УК (нарушение ПДД, повлекшее по неосторожности смерть человека), максимальное наказание за такое деяние составляет пять лет лишения свободы. Прокурор запросила три года колонии. Сам Шимко также требовал 10 млн руб. в качестве моральной компенсации — эту сумму он планировал направить на благотворительность.
Суд нашел некий компромисс, назначив Алисовой 3 года колонии-поселения. Кроме того, она должна будет выплатить Шимко 2,5 млн руб. в виде моральной компенсации и 61,5 тыс. руб., потраченных на погребение и поминки.
Сразу после вынесения приговора Алисова обратилась в Мособлсуд с апелляцией — она просила отменить приговор, либо отсрочить его до момента, как ее малолетняя дочь достигнет 14-летнего возраста. Мособлсуд в отмене приговора отказал, а вопрос об отсрочке адресовал обратно в Железнодорожный районный суд: 18 апреля судья оставил приговор в силе. Такому решению способствовали слова прокурора, которая заявила, что осужденная не раскаялась и до сих пор считает произошедшее несчастным случаем. 10-летняя дочь Алисовой осталась в семье двоюродной сестры Алисовой, взявшей над ней опеку. При этом начиная с 7 июля 2017 года Алисова находилась в  — получается, назначенный срок в колонии-поселения будет сокращен на время, проведенное в изоляторе.

Экспертиза «пьяного мальчика»: списали на халатность

Ситуацию с опьянением ребенка, которое выявил судмедэксперт Михаил Клейменов выделили в отдельное расследование, которое ведет . Широкий общественный резонанс и угрозы отца провести эксгумацию тела его ребенка привели к тому, что были проведены новые экспертизы. Однако они полностью подтвердили первоначальные выводы Клейменова о том, что для анализа использовалась кровь именного погибшего ребенка и что в ней присутствует большая концентрация алкоголя.
Шимко эти выводы не устроили, и он добился проведения новой комплексной экспертизы: уже третьей по счету. И на этот раз проводившие ее ведущие эксперты со всей страны все-таки подтвердили ошибку эксперта. Так, 18-го октября 2017 года СК опубликовал сообщение о том, что Клейменов все-таки нарушил положения действующих нормативных актов в сфере производства судебно-медицинских экспертиз, и его вывод о состоянии ребенка в момент ДТП является необоснованным.
По мнению экспертов, Клейменов по недосмотру, ненамеренно, допустил загрязнение крови ребенка, она «забродила» за пять дней хранения в условиях холодильника при температуре +4 градуса С, и получился такой всех шокировавший результат.
В отношении Клейменова возбудили дело по ч.1 ст.293 УК России «Халатность». Наказание по вменяемой ему статье варьируется от штрафа в размере до 120 тыс. рублей до обязательных, исправительных работ или же ареста на срок до трех месяцев. В настоящее время Клейменов временно отстранен от должности врача ГБУЗ Московской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы». Расследование по делу до сих пор продолжается.
Комментарии
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео